Домой Рига ЖЗЛ Оскар Строк

Оскар Строк

Оскар Строк
Оскар Строк (Oskars Stroks) — латвийский композитор, которого называли «Королем танго». Родился в Двинске — нынешнем Даугавпилсе, 6 января 1893 года.

В семье было восемь детей. Отец будущего композитора тоже был музыкантом — играл в оркестре местного театра. Театр в конце XIX века открыл тогдашний мэр города Н. Гагельстром, который и был среди самых щедрых спонсоров.

Стремясь дать детям хорошее образование, Давид Строк добился разрешения покинуть еврейскую черту оседлости, в которую входил Двинск, и переехать в Петербург. Там Оскар поступил в консерваторию по классу фортепиано, где стал самым юным абитуриентом — 13–летним. Ну как можно не принять подростка, на счету которого уже были десятки собственных сочинений. Да и сам юноша был не робкого десятка.

— Мне не было еще четырнадцати лет, когда я набрался храбрости и решил показать свои песни первой звезде дореволюционной эстрады Анастасии Вяльцевой. Оскар СтрокОна была кумиром публики, однако эта добродушная полная женщина встретила меня приветливо, закормила конфетами и, что самое главное, благосклонно отнеслась к моему творчеству, — вспоминал Строк.

Нужда заставляет юного студента подрабатывать тапером в кинематографе. На одном из сеансов он и знакомится с очаровательной Луизой Фаданелли–Шустлер — наполовину австрийкой, наполовину итальянкой. В 1921 году молодая семья переезжает в Ригу. Строк открывает издательство, выпускает нотные сборники, журналы. Но через некоторое время новое увлечение — красавицей–француженкой.

Строк бросает все и переезжает в Париж. Там же возобновляет работу издательства. Терпит фиаско — издательство прогорает, любимая уходит. Оскар возвращается на берега Даугавы. Пытается найти счастья в бизнесе — открывает кабачок «Барберина» на Бривибас, недалеко от Александро–Невской церкви. Все вроде продумано, кроме одного — в радиусе 500 метров от храмов запрещена торговля алкоголем. Не успев открыться, ресторан обречен. Вскоре «Барберину» закрывают, а владельца за долги упекают в кутузку. Другой бы застрелился, а Строк не унывает. В кутузке он сочиняет танго «Банкрот»!

В те годы сочинительством он занимался попутно, не рассчитывал, что на эти деньги можно жить. Вышло наоборот. Слава короля танго приходит к нему в 1930–е. «Черные глаза», «Скажите, почему», «Синяя рапсодия» быстро становятся шлягерами. Пластинки с песнями Строка выпускают крупнейшие студии грамзаписи Европы. А в Риге их первый исполнитель Константин Тарасович Сокольский, уроженец Латгалии, друг композитора. Аккомпанирует Сокольскому сам автор.

Строк был блестящим аккомпаниатором. Один пример: в 1920–е в Ригу приехала на гастроли известная исполнительница русских романсов Надежда Плевицкая. Ей представили десятки аккомпаниаторов, но выбрала она Оскара Строка. Позднее они много гастролировали.

— Мою песню «Простая любовь» — о переживаниях крестьянки, потерявшей на войне мужа — она исполняла так трогательно, что я, поверьте, не мог от волнения аккомпанировать, — вспоминал композитор.

В 1930–е он познакомился с Шаляпиным: — Приехав как–то в Ригу, Шаляпин разыскал меня, пригласил в гостиницу «Метрополь» и после угощения, лукаво посмотрев, начал, аккомпанируя себе на рояле, напевать мои песни. Он понимал, как приятно мне, что он, великий русский артист, знает мои скромные произведения. Потом он попросил сыграть что–либо из моих инструментальных вещей, известных тогда по записям на пластинках английского хора, — вспоминал Строк.

Слава пришла, а денег по–прежнему не хватало. Точнее — они не задерживались надолго. Строк любил красиво жить. Званые вечера, женщины, рулетка, бега съедают львиную долю гонораров. Еще в середине 1930–х композитор, которого приглашали выступать не только в Европу, но и в Японию, ютился с семьей в двухкомнатной коммуналке на окраине Риги.

Наконец он обрел семейную пристань — с русской женой. Кстати, сам композитор, еврей по происхождению, по духу был скорее русским. Не случайно и дочь — Валю Строк — он отдал в рижскую русскую гимназию. Для довоенной еврейской общины Риги это было нонсенсом. Но останься он летом 1941 года в Риге, это не спасло бы его от Румбулы.

Семья композитора уехала на одном из последних эшелонов, уходивших на Восток. На несколько лет родным городом Строков становится Алма–Ата. Правда, не для самого Оскара Давидовича. В составе фронтовых концертных бригад он едет в войска. Часто гастролирует вместе с Клавдией Шульженко.

В годы войны Строк приглашен участвовать в конкурсе по созданию гимна СССР. Мелодия не подошла, и все же в 1944–м композитор получил благодарность правительства и денежную премию. А через четыре года его исключили из Союза композиторов Латвии как «дельца от музыки» и проводника «идеологической диверсии империализма». По композитору проехались в печально знаменитом постановлении ЦК ВКП(б) «О формализме в музыке». На долгие годы его музыка получила клише «грязной антисоветчины» — в кино под нее кутят белогвардейцы или заключают сделки враги народа.

Деньги композитор зарабатывает как и в молодости — аккомпанирует в кафе, ресторанах, когда приглашают — в санаториях и домах отдыха. И не унывает. Даже на склоне лет не любит разговоров о возрасте: — Мне не 80, а два раза по 40.

Из небытия имя Строка советским слушателям возвращают лишь в начале 1970–х. Фирма «Мелодия» выпускает две пластинки с его мелодиями.

22 июня 1975 года композитору вызвали скорую. Он, как всегда, шутил, играл для врача на рояле, подписал на память пластинку. А через несколько минут его не стало… Хоронили Строка в Шмерли в присутствии немногих друзей и близких.

Понравилась новость ,поделись в соц.сетях :

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.