Домой Рига ЖЗЛ Зигфрид Анна Мейеровиц

Зигфрид Анна Мейеровиц

Зигфрид Анна Мейеровиц
В вопросах экзамена по истории Латвии для желающих натурализоваться есть и такой: «Почему первого министра иностранных дел Латвийской Республики назвали столь необычным женским именем Анна?». В жизни этого политика, трагически погибшего в автокатастрофе в возрасте 38 лет, было много поворотов судьбы. Так что же он совершил такого выдающегося, если в его честь вновь переименовали бульвар Бастея.

Самая главная заслуга этого человека перед страной, свидетельствует официальная история Латвии, в том, что именно он добился от Великобритании признания Латвии как независимого государства 11 ноября 1918 года. На неделю раньше, чем это было сделано в Риге. Зигфрид Анна МейеровицПредседатель научного совета Института истории Латвии, доктор исторических наук Айнар Лерхис написал диссертацию о деятельности латвийского внешнеполитического ведомства в 1918—1941 годах. Человеком, основавшим МИД, и был Зигфрид Анна Мейеровиц.

Его жизнь полна героического и трагического. Родился будущий дипломат 5 февраля 1887 года в Дурбе, в семье еврейского врача Германа Мейеровица и латышки Анны. Появление мальчика на свет сопровождалось трагедией — его мама скончалась при родах. Отец не вынес удара судьбы и вскоре оказался в психиатрической больнице. Но успел дать имя своей жены Анны сыну (была такая традиция — прибавлять к основному имени ребенка имя умершей в родах матери).

Зигфрид воспитывался в семье своей тети в Пуре и Кабиле. Он получил довольно хорошее техническое образование, учился в Тукумсской городской гимназии, коммерческом училище Миронова в Риге и, наконец, в Рижском политехническом институте. Работал бухгалтером, делопроизводителем и т.д. Когда в 1915 году началась эвакуация рижских заводов в Россию, оказался в Москве, где начал активно работать в различных комитетах латышских беженцев. Ни о какой политической карьере речь тогда и не шла. После Февральской революции 1917 года был создан Национальный совет из представителей латышских гражданских партий. Однако дальше автономии в составе свободной России планы организации не простирались. Все изменилось после октябрьского переворота. Тогда впервые заговорили о независимости. Но она казалась такой далекой…

В конце 1917 года вся территория нынешней Латвии была оккупирована немцами. Так что фактически Национальный совет представлял из себя некое политическое объединение, не обладающее реальной властью. Поэтому было решено заручиться поддержкой европейских держав. Но западным дипломатам еще надо было объяснить, где находится Латвия. Члены Национального совета обращались сначала в посольства в Петрограде, а потом и в Вологду, куда переехал дипломатический корпус. Безрезультатно. Наконец, было решено ехать в Европу. С трудом Зигфриду Анне Мейеровицу как руководителю внешнеполитического отдела Национального совета удалось получить от большевиков выездную визу и через Стокгольм попасть в Англию.

Почему была выбрана именно Англия, а не другой член Антанты — Франция? Ведь ее влияние в тогдашней европейской политике было тоже весьма велико. Для ответа на этот вопрос надо вернуться к событиям того времени. А они таковы. 3 марта 1918 года в Бресте большевики заключили сепаратный мирный договор с Германией, отказавшись от всей Прибалтики. Однако Антанта не могла допустить, чтобы территория бывшей Российской империи подпала под власть немцев. Французское правительство делало ставку на белогвардейцев, выступавших под лозунгом «единой и неделимой России». Ведь именно она могла стать противовесом Германии на Востоке. Иная позиция была у Великобритании. Ее целью было раздробить Европу на множество мелких государств, действуя по принципу «разделяй и властвуй». Поэтому британцы всячески поддерживали все сепаратные движения на территории бывшей Российской империи. В ноябре 1918 года в Германии произошла революция, и уже 11 ноября было подписано Компьенское перемирие. Первая мировая война закончилась.

Все это время Зигфрид Анна Мейеровиц безуспешно обивал пороги кабинетов британского МИДа. Его принимали мелкие чиновники, вели ни к чему не обязывающие беседы. Но никаких письменных обязательств никто не давал. Наконец, 30 октября 1918 года Мейеровица принял глава МИДа лорд Артур Джеймс Бельфур. Итогом чего стало письмо лорда Бельфура от 11 ноября 1918 года. В нем говорится, что правительство Его Величества с величайшим сочувствием взирает на стремление и волю латышского народа освободиться от немецкого ига. Лорд подтверждает свою готовность дать временное признание Латышского Национального совета как фактически независимого учреждения «до тех пор, пока Мирная конференция заложит основы новой эры счастья и свободы для Вашего народа».

То есть в своем частном письме лорд Бельфур обещал посодействовать Латышскому Национальному совету. Но европейские державы фактически становились на позицию стороннего наблюдателя, оценивая, чем закончится Гражданская война. Положение изменилось только после заключения 11 августа 1920 года Рижского мирного договора между Советской Россией и Латвийской Республикой и поражения последней белой армии генерала Врангеля. Возобладала концепция создания вокруг большевистской России санитарного кордона из мелких государств. Тогда 26 января 1921 года в Париже Верховный совет Антанты принял официальное решение и проинформировал о нем министра иностранных дел Латвии З.А.Мейеровица о том, что «Высший совет союзных держав, принимая во внимание просьбы Вашего правительства, решил на своем сегодняшнем заседании признать de jure государство Латвии». От имени Антанты этот документ подписал министр иностранных дел Франции Аристид Бриан. Именно в честь этой заслуги его именем и названа улица в Риге.

А Зигфриду Анне Мейеровицу пришлось решать другую непростую задачу. Надо было проводить границы с Литвой и Эстонией. С Польшей и Советской Россией особых разногласий по границам не было. Однако с соседями по странам Балтии пришлось изрядно поспорить. К примеру, эстонцы, которые первыми создали свое государство и заключили мирный договор с Россией, постфактум требовали за свое участие в боевых действиях против большевистского правительства Петериса Стучки в 1919 году поделиться территорией вплоть до Цесиса. Ведь до сих пор этот город на некоторых географических картах именуется Вынну. Очень сложные переговоры шли по поводу Валки. Ведь раньше граница между Валкским и Тербатским уездами Лифляндской губернии проходила в 20 км от Валки в сторону нынешней Эстонии. Кстати, в тогдашних газетах встречаются жалобы на то, что эстонцы притесняют латышей, живущих в городе, заставляют их вести домовые книги на эстонском.

Третейским судьей, решавшим территориальные споры, была английская военная миссия. Она так своеобразно и разделила город. Три предместья, ратуша и железнодорожный вокзал отошли к Эстонии, а одно предместье — Латвии.

Не меньшие претензии были у литовцев. Зигфрида Анну Мейеровица сейчас упрекают в том, что он отдал литовцам Палангу, входившую в Курляндскую губернию. Вообще-то Латвия претендовала на Мажейкяй (станция Муравьево Каунасской губернии). Тогда железная дорога Рига—Лиепая еще не была построена, и все грузы приходилось перегонять через Литву, платя таможенные пошлины. Литовцы город так и не отдали, обещав только не чинить препятствий транзиту. А Палангу Латвия передала в качестве жеста доброй воли, так как соседи тогда не имели выхода к морю. Мемель (нынешняя Клайпеда) в начале 20-х годов находился под управлением Лиги наций. Были конфликты и из-за Субатского края, где до сих пор живет много литовцев. Дебаты в латвийском Сейме относительно границ были настолько жаркими, что Мейеровиц грозил отставкой, оспаривая протесты недовольных.

Что же касается острова Руне (Роню, Рухну) в Рижском заливе, то в меморандуме латвийской делегации Парижской мирной конференции от 10 июня 1919 года говорилось о том, что остров надо передать Латвии, так как он находится в латвийских территориальных водах, а станция беспроволочного телеграфа и маяк необходимы зимой и весной для нужд Рижского порта. Кстати, тогда на этом острове проживало 250 шведов. Они провели референдум и решили присоединиться к Швеции. Дело кончилось тем, что всех их вывезли в Швецию, а остров площадью 9 кв. км заселили эстонцами. Претензии Латвии Антанта так и не учла.

Подробности гибели политика известны со слов его сына Гунара, который скончался в 2007 году в возрасте 87 лет. Зигфрид Анна Мейеровиц был женат дважды. У него было трое детей от первого брака. Утром 22 августа 1925 года он выехал в Юрмалу, где лечилась от туберкулеза его вторая жена Кристина. За рулем находился не его личный шофер Корецкий, а шофер его жены Калныньш. День был солнечный, и по дороге решили навестить детей от первого брака, живших летом на хуторе в Семской волости Тукумсского района. Не доезжая 4 км до хутора «Друти» встретили бывшую жену Мейеровица Анну и детей — Хелмута, Риту и Гунара с соседским мальчиком. Все сели в машину и поехали дальше. Объезжая ямы, машина передним колесом заехала за высокий край насыпи ремонтируемой дороги и перевернулась. Шесть человек успели выскочить из машины, однако седьмой, Зигфрид Анна Мейеровиц, остался в автомобиле. Когда его вытащил шофер, он уже не подавал признаков жизни. Кстати, неожиданную смерть политику предсказал известный рижский ясновидец Эйжен Финк.

Похоронили политика на Первом лесном кладбище в Риге. А 21 января 1929 года на его могиле был открыт памятник. Тогда же бульвар Бастея и был переименован в его честь.

В плеяде латвийских политических деятелей времен Первой республики Зигфрид Анна Мейеровиц занимал особую роль. Он был одним из основателей партии Латвийский крестьянский союз. Он пользовался большим авторитетом как основатель дипломатического ведомства Латвийской Республики, возглавлявший его в самый сложный период латвийской истории.

Александр Федотов

Понравилась новость ,поделись в соц.сетях :

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.